Вы находитесь: Главная страница> Бунин Иван> Предметная детализация и символика в рассказе И. Бунина «Господин из Сан-Франциско»

Сочинение на тему «Предметная детализация и символика в рассказе И. Бунина «Господин из Сан-Франциско»»

С начала своего творчества Бунин задумывался о судьбах России и всего человечества. Первая мировая война усилила тревожные раздумья писателя. «Горе тебе, Вавилон, город крепкий», — эти слова звучали в душе Бунина, по его собственному признанию, когда он задумывал рассказ «Человек из Сан-Франциско» (1915). Тема резкого неприятия буржуазной действительности, неправедности, неустроенности, катастрофичности современного мира и тема осуждения социального зла оказались в центре внимания Бунина.

Главный герой этого рассказа — американский миллионер, принадлежащий к высшему обществу, от которого зависят все блага цивилизации. Автор не называет его имени не только потому, что он ничтожен, как и те люди, которых он взял «за образец», но и потому, что этот неизвестный господин несет в рассказе функции некоего символа. Бунин воссоздает жизнь американского миллионера в тот момент, когда он решил немного отдохнуть от дел и развлечься. Люди, к кругу которых принадлежал и он, имели обыкновение начинать наслаждаться жизнью с поездки в Европу, в Индию, в Египет. Герой рассказа поступил точно так же.

Уже в начале рассказа Бунин несколькими выразительными деталями дает понять, что собой представляют те люди, о которых пойдет речь дальше. Так, например, автор отмечает, что дочери господина путешествие пойдет на пользу потому, что здесь возможны «счастливые встречи». Вдруг вместе с ней будет рассматривать картины или фрески какой-нибудь богатый миллиардер.

Сам же господин немало раздумывал над маршрутом и, наконец, выбрал такой, чтобы насладиться памятниками древности и любовью молоденьких неаполитанок. В мыслях героя богослужение в Риме соседствует с азартными играми и флиртом. Раскрывая перед читателем мысли богатого господина, Бунин дает понять, насколько этот человек мелок и бездуховен.

Люди, отправляющиеся в путешествие, обычно восхищаются природой, красотой древних памятников, музеев, архитектурой. Ничего подобного в рассказе нет. Бунин подробно изображает, как одеваются, переодеваются, завтракают, обедают и ужинают богатые люди. Они, занимающие командные высоты в обществе, демонстрируют полное ничтожество и безликость.

Не только главный герой, но и те, кто окружают его, лишены индивидуальных черт. Все они — маски, куклы, механические люди. Они ведут призрачную нарядную жизнь, полную шелков, блеска бриллиантов, но здесь нет сочувствия, сострадания, проявления человечности и доброты. Их разговоры пусты, а жизнь скучна и неинтересна. Вот перед нами знаменитая красавица. Автор подчеркивает в ее лице только одну деталь — глаза. Обычно глаза называют зеркалом души человека, отражением его внутреннего мира. Какой внутренний мир может быть у женщины, у которой глаза «разрисованы по последней парижской моде». Слово «разрисованы» настолько удачное и емкое, что мы уже видим перед собой не очаровательную блондинку, а всего лишь куклу — бездушную фарфоровую игрушку с пустыми глазами. И даже пара влюбленных, не скрывающая своего счастья, оказывается, нанята играть в любовь за деньги. Эта «влюбленная» парочка, появляющаяся в начале и в конце рассказа, тоже играет важную символичную роль. Вот она фальшивая, придуманная любовь, лишь пародия на настоящие чувства. Сначала Бунин не описывает танцоров подробно, а только говорит, что движения их были тонки и изящны. Но когда мы встречаемся с ними в конце рассказа, то писатель, определяя свое отношение к купленной любви, сравнивает парочку с пиявками, которые «мучительно извиваются».

Такой же глубиной социального обобщения отличается и образ многоярусного корабля с символическим названием «Атлантида». Перед нами модель буржуазного мира с его чудовищными контрастами, фальшью и равнодушием к тому, что происходит вокруг.

Кто правит этим миром? Капитан корабля сравнивается с языческим богом. И каков же этот бог, которому пассажиры

доверили свою безопасность? Это рыжий человек необычайной величины и грузности, мундир которого с золотыми нашивками делал его похожим на идола. Лишь одна маленькая деталь портит образ уверенного капитана — он вечно сонный. Разве может человек, который всегда находится в состоянии дремы, отвечать за судьбы людей?

Несколькими деталями Бунин умеет создать настроение и намекнуть, как дальше будет развиваться действие. Показательно, что природа выступает как противник господина из Сан-Франциско. Везде, где путешествует американский миллионер, портится погода: «На Ривьере небывалые ливни и бури, в Афинах снег, Этна тоже вся занесена и по ночам светит…» Природа как бы помогает писателю резче выделить его отношение к героям и предсказать дальнейшие события. В день отъезда семьи на Капри даже с утра не было солнца. Все предвещает трагический поворот дела: тяжелый туман скрывает Везувий, море свинцово-синего цвета, идет дождь.

Когда господин собирается на свой последний ужин, он тщательно готовится, точно идет под венец — повсюду зажигает электричество, моется, бреется, как бы совершает некое ритуальное действо. Но Бунин несколькими штрихами резко снижает торжественный настрой, сообщая, что господин «ладно вставил несколько зубов» и «придрал щеткой» остатки волос «вокруг смугло-желтого черепа».

Даже перед смертью бунинский герой не увидел пустоты своей жизни. Он умер так же, как и жил, глупо и некрасиво. И только лишь смерть придала его чертам утонченность и даже какую-то светлую красоту. Вдруг оказалось, что господин, к которому при жизни относились с почтением, никому теперь не нужен. Даже гроб для него достать не смогли, а положили тело в какую-то коробку.

Господин снова путешествует на пароходе «Атлантида», только не в роскошной каюте, а в трюме. На пароходе же все по-прежнему — богатые господа прожигают жизнь, и кружатся, развлекая их, так надоевшие друг другу молодые танцоры, изображающие любовь.

И все же, несмотря на безрадостный конец, автор не настроен слишком уж пессимистично. Пароходу «Атлантида» противостоит мощный, бушующий океан. Стихия природы оттеняет призрачное могущество бездуховных людей. Как только гроб с телом покидает Капри, над островом раскинулось голубое небо, позолоченное солнцем. Словно вместе с американским миллионером ушла вся серость и промозглость. Перед нами описание чудесного утра, пронизанного золотыми лучами, утра, напоминающего итальянские картины Айвазовского. Это описание заканчивается словами: «На острове воцарился мир и покой».

Бунину претили перемены в обществе, гибельность которых он ощущал всем своим сердцем, но никогда он не был солидарен с теми художниками, которые предрекали человечеству лишь страдания, катастрофы и гибель. Правда, авторская позиция не выражается у Бунина прямо. Она — в деталях, в ассоциациях, лейтмотивах, принципах сопоставлений и контрастов. Казалось бы, рассказ кончается мрачно: в мире ничего не изменилось к лучшему, и бездушная «Атлантида» продолжает свой путь. И все же, читая это произведение, невольно вспоминаешь бунинское стихотворение «И цветы, и шмели, и трава, и колосья». Оно пронизано тревогой («Срок настанет — господь сына блудного спросит»), но все же в нем нет пессимизма, что дает понять употребление таких определений, как «сладостные слезы», «милосердные колени». Именно на природу возлагает надежды автор, в ней видит первооснову жизни человека и вечную ценность:

И забуду я все — вспомню только вот эти
Полевые цветы меж колосьев и трав…

Так же и в рассказе «Господин из Сан-Франциско» Бунин, на мой взгляд, видит спасение в очистительной силе природы. Бурный океан, дождь и ветер Италии символизируют те самые силы, которые должны очистить мир от фальши и бездуховности. Сама поэтическая полнота бунинского воссоздания мира, многоцветного, вечно меняющегося, исполненного не только трагизма, но и света, исключает безысходность и отрицает однолинейность толкования бытия.

http://pozv.ru/lechenie/lechebnaya-fizkultura/nerv-bedra.html